Эвтаназия, или Почему нет?

Споры об эвтаназии не прекращаются в мире в течение последних нескольких веков. Сторонники и противники никак не могут прийти к единому мнению: может ли врач отнять жизнь у пациента, которого нельзя спасти. Но почему же все-таки нет?

В переводе с греческого эвтаназия означает «хорошая смерть». С точки зрения простого обывателя, звучит довольно цинично, ведь в смерти нет абсолютно ничего хорошего. Однако люди, которые страдают от неизлечимых болезней, могут с этим не согласиться. Для них смерть — это прекращение страданий, боли и мук, что само по себе хорошо.

Но камнем преткновения для легализации эвтаназии является не только разность мировоззрений больных и здоровых, а еще и закон, и религия, и врачебная этика. Клятва Гиппократа, в конце концов. Одним словом, права на смерть в современном мире добиться очень непросто.

Что такое эвтаназия, и почему ее боятся?

Термин ввел в обиход Фрэнсис Бэкон, известный британский ученый, который жил в 1561-1626 гг. По его мнению, миссия врача заключается не только в том, чтобы возвращать пациенту здоровье, но и избавлять его от страданий, если болезнь невозможно вылечить.

Если открыть «Оксфордский справочник по клинической медицине» Дж. Кольера, можно увидеть в нем следующее определение:

«Эвтаназия — это намеренное умерщвление неизлечимо больного человека с целью облегчения его страданий».

Миссия любого врача — действовать во благо пациента. И если смерть является единственным благом, единственных способом избавить человека от мук, врач должен это сделать. Такой логический вывод можно сделать из этой предпосылки. Однако он неверен в контексте врачебной этики.

Гиппократ в своих трудах писал:

«Я не дам никому просимого у меня смертельного средства и не покажу пути для подобного замысла».

На этих словах базируется основной постулат, сформулированный в клятве Гиппократа, а именно: «Не навреди». Возникает этическое противоречие. С одной стороны, врач должен действовать в интересах пациента, с другой — он, скорее, предпочтет бездействие, чем лишит жизни неизлечимо больного. Вот об этом медики спорят уже много лет.

Кроме того, само понятие эвтаназии в свое время извратили фашисты, которые назвали так свою чудовищную программу Т-4. Программу умерщвления людей с физическими и психическими отклонениями, а также генетическими мутациями. Это было давно, но осадок остался.

Дело доктора Кеворкяна: машина смерти и реакция мирового сообщества

Эвтаназия бывает активной и пассивной. Если пациент отказывается лечиться — это пассивная эвтаназия. Но больше всего вопросов вызывает активная, когда врач собственноручной лишает пациента жизни. Первым, кто осмелился это сделать, был доктор Джек Кеворкян — американский ученый, которого современники прозвали «Доктор Смерть». Он не просто помогал больным уйти из жизни, но и изобрел «машину смерти» под названием мисотрон. Это устройство для смертельных инъекций, работающее без участия врача. Первым мисотрон опробовал пациент, страдавший болезнью Альцгеймера, это было в 1990 году.

Через год «Доктор Смерть» был лишен лицензии и получил пожизненный запрет на занятие медициной. Однако мисотрон продолжали использовать еще 8 лет. И за это время с его помощью отправились на тот свет 130 человек. За это ученого судили в 1999 году и приговорили к 10 годам тюрьмы.

И, тем не менее, начало было положено. Появилась добровольная и недобровольная эвтаназия. В первом случае больной сам соглашался на умерщвление. Второй обычно касался тех, кто находился в коме. Их доверенные лица принимали решение отключить аппараты жизнеобеспечения.

С 2003 года в медицине существует четкое определение эвтаназии. Законной признается исключительно добровольная и активная.

Страны, легализовавшие эвтаназию

В мире очень мало стран, которые позволяют гражданам покинуть этот мир с помощью смертельной инъекции. Такое право есть у жителей США, но только в некоторых штатах: Вашингтон, Орегон, Калифорния, Монтана и Вермонт. Однако там много юридических тонкостей. Эвтаназия доступна только совершеннолетним (с 18 лет) людям, находящимся в здравом уме. Два независимых специалиста должны подтвердить, что пациенту осталось жить не более 6 месяцев. А сам пациент обязан трижды выразить свое согласие.

При этом в Орегоне врачи не делают инъекции. Они дают рецепты на препараты, но право лишить себя жизни остается за самим человеком.

В 2002 году власти Нидерландов и Бельгии также легализовали эвтаназию. Требования примерно такие же, как в США. Больной должен осознавать свое решение, подтвердить его несколько раз, а специальная комиссия следит, чтобы смертельные инъекции делали только тем, кому действительно нельзя помочь.

Также с 2009 года получили разрешение лишать себя жизни жители Люксембурга, а с 2015 — Колумбии и Канады.

В Швеции с 2010 года пациенты могут требовать отключить их от систем жизнеобеспечения. Но без их согласия этого сделать нельзя. Так что если родственник находится в коме, придется ждать естественного исхода.

В Швейцарии добровольное лишение жизни доступно иностранцам еще с 1942 года. Однако настоящая, активная, эвтаназия в стране не практикуется. Пациент имеет право самостоятельно убить себя препаратами, которые ему выписывает врач. Но доктора не делают больным смертельных инъекций.

Доступна ли эвтаназия детям?

Возникает вопрос. А как быть с неизлечимо больными детьми, которые страдают не меньше взрослых? Могут ли они добровольно уйти из жизни?

Пока такая возможность есть только в Бельгии и доступна исключительно бельгийцам. Прецедент в 2016 году создал 17-летний мальчик, умиравший от онкологии.

Однако для осуществления процедуры ребенок сам должен попросить врачей лишить его жизни, он должен быть в полном сознании, и на это требуется разрешение родителей.

Разрешена ли эвтаназия в России?

Нет. В России действует  Федеральный закон № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в РФ» от 21.11.2011, и в ст. 45 говорится следующее:

«Медицинским работникам запрещается осуществление эвтаназии, то есть ускорение по просьбе пациента его смерти какими-либо действиями (бездействием) или средствами, в том числе прекращение искусственных мероприятий по поддержанию жизни пациента».

Однако тот же закон разрешает гражданам отказаться от любого лечения. В том числе пациент или его родственники могут потребовать отключить его от систем жизнеобеспечения.

Кто выступает «за» и «против» эвтаназии и почему?

Активисты во многих странах мира, где добровольный уход из жизни запрещен, пытаются добиться изменения законодательства. Они утверждают, что в случаях, когда человеку нельзя помочь, гуманнее прекратить его мучения. Жизнь, наполненная болью, говорят они, теряет ценность и смысл. Кроме того, страдают люди, которым приходится наблюдать за мучениями родных и близких.

Пользу эвтаназии также рассматривают с экономической точки зрения. Это цинично, но факт остается фактом: на помощь неизлечимо больным уходит много средств. Эти же деньги можно потратить на лечение других пациентов.

Главный аргумент сторонников эвтаназии звучит так: человек имеет право решать, продолжать ему жить или нет.

Но с ними не соглашаются представители христианской церкви, которая считает самоубийство грехом, так же, как и убийство. А эвтаназия, по мнению церковных деятелей, — это «два в одном». Околорелигиозная поговорка «Бог дал — Бог взял» распространяется и на вопросы жизни и смерти. Доктора не могут повелевать судьбами.

Гуманисты провозглашают ценность жизни индивида в любой форме, даже если он находится без сознания. И смерть не может рассматриваться как благо ни в каком контексте, ибо отсутствие жизни есть абсолютное зло.

Юристы предупреждают, что легализация эвтаназии может обернуться чередой убийств, поскольку всегда найдутся родственники, заинтересованные в наследстве. Они опасаются также, что врачи начнут использовать эту возможность в корыстных целях.

Некоторые противники эвтаназии считают, что если неизлечимо больных людей можно будет просто убивать, то ученые потеряют мотивацию искать лекарства от смертельных заболеваний.

А есть ли альтернатива?

Пока активисты доказывают друг другу свою правоту, неизлечимо больные люди продолжают страдать. И что может предложить современная медицина тем, кто уже никогда не вылечится?

Гиппократ говорил:

«Она [медицина] совершенно освобождает больных от болезней, притупляя силу болезней, но к тем, которые уже побеждены болезнью, она не протягивает своей руки».

Иными словами, он предлагал врачам просто отойти в сторону и не трогать тех, кого нельзя вылечить. Сейчас, конечно, никто этому правилу не следует. Существует паллиативная помощь. И многие считают, что качественный уход в последние дни может существенно облегчить жизнь людей.

Одним из ключевых моментов является снабжение пациентов обезболивающими препаратами, такими, как морфин. Это очень большая проблема в России. Часто больные не получают лекарства, когда они нужны, и это заставляет людей накладывать на себя руки.

Частные благотворительные организации пытаются решить эту проблему, и не только ее, но и другие. Например, в России хорошо известен фонд помощи хосписам «Вера», который помогает как медицинским учреждениям, так и отдельным семьям, где есть неизлечимо больные люди.

На данный момент времени, развитие паллиативной помощи является единственно возможным вариантом помочь пациентом уйти из жизни без особых страданий.

< Пред.   След. >