Рассказывает писатель Юрий Рябинин

Юрий Рябинин Название рубрики — печаль ваша в радость будет — на первый взгляд звучит иронично по отношению к тем, кто потерял кого-то из близких, и, пожалуй что, может показаться неуместным черным юмором в нашем отнюдь не развлекательном сайте. Но, как нам представляется, стоит только немного вдуматься в сказанное, и любому станет очевидно, что никакой иронии, тем более смеха здесь вовсе нет. Даже человек не знакомый со стилем Священного Писания, прочитав это выражение, сообразит, что текст перед ним не светский. А, следовательно, религиозный и, по всей видимости, библейский. Построив такую логическую цепочку, любой, даже не вполне просвещенный в вопросах веры, гость сайта неминуемо должен вспомнить один из основополагающих догматов христианской философии: этот мир — скорбь и печаль, тот мир — радость и свет. И именно в таком смысле следует понимать название и содержание данного раздела: пусть осознание того, что ушедший любимый близкий теперь пребывает в лучшем мире, хотя бы отчасти — полностью, разумеется, не получится! — умеряет страдания оставшихся в мире не самом совершенном. Заметим, кстати, что слова эти — цитата из Евангелия от Иоанна.

Сейчас выходит в свет много книг и прочих пособий, имеющих целью просветить российского обывателя в весьма деликатном вопросе ухода человека из жизни и о сопутствующих этому заботах. Естественно! — наши граждане в ХХ веке в силу известных причин в значительной степени утратили самое представление о связанных со смертью традициях. И такое просвещение, бесспорно, требуется. Но, к сожалению, очень часто эти издания декларативны и схематичны, как правила дорожного движения, академичны и сухи, как научные трактаты, оторваны от жизни, не учитывают возможностей современного человека — ни образовательных, ни духовных, — и, даже если это не репринты, написаны они обычно в нарочито «несветском» мудреном стиле, риторическом и архаичном, который впору переводить на современную повседневную русскую речь.

Мы же хотим рассказать о традициях насколько возможно доступно, попросту, дружески. И, если нашей аудитории это будет небезынтересно, то еще и построить отношения в форме диалога — взаимного обогащения сведениями. Но главное, мы всей душой желаем опровергнуть старую безнадежную мудрость: горе одолеет — никто не пригреет. Мы постараемся сделать так, чтобы наше горе стало источником взаимного тепла.

Писатель Юрий Рябинин

Задать вопрос Юрию Рябинину



Какие парижские достопримчательности наиболее известны в России? – ну, конечно, прежде всего, Эйфелева башня, Лувр, собор Парижской Богоматери. Кто-то, может быть, еще припомнит Елисейские поля, Триумфальную арку, Вандомскую колонну, Александровский мост, Гранд-Опера. Безусловно, в этом ряду стоит и еще одна достодивность, осмотреть которую считают своим долгом все русские путешественники – кладбище Сент-Женевьев де Буа. Причем это стало непременным пунктом программы пребывания в Париже. Посетить французскую столицу и не заглянуть на Сен-Женевьев, все равно как быть в Риме и не увидеть папу. И что за беда, когда для девяти из десяти нынешних визитеров имена на сен-женевьевских надгробиях знакомы не более китайской грамоты. Все равно они там побывают – так полагается! – а, возвратившись в пенаты, будут рассказывать: были на этом кладбище русском… как его… там этот похоронен… Наши за границей…

В октябре прошлого года мне посчастливилось попасть на Франкфуртскую книжную ярмарку, – там на русском стенде была представлена моя книга прозы «Заговор лилипутов». Заодно друзья – давнишние эмигранты – предложили мне выступить перед  русской эмиграцией в бывшем издательстве «Посев». Когда-то это издательство было довольно знаменитым. Но теперь книг почти не выпускает. А в известном здании на Флюршайдевег собирается так называемый Русский клуб – попросту говоря, наши бывшие соотечественники, живущие во Франкфурте. Они отмечают там какие-то события, юбилеи, проводят тематические вечера, встречи с разными интересными с их точки зрения людьми, презентации и т.п.

Организаторы попросили меня рассказать о московском некрополе: о знаменитых кладбищах, о всяких достопамятных столичных могилах… Я все это добросовестно изложил. А затем собравшиеся стали задавать вопросы. И вот именно вопросы эмигрантов для меня представляют наибольший интерес. Мне неоднократно приходилось отвечать на вопросы публики, но это обычно были, как правило, земляки-москвичи. Вопросы же бывших соотечественников, живущих многие годы или даже десятилетия среди другого народа, в другой культуре, в других традициях представляют для меня особенный интерес. И вот что меня там спрашивали.

Иногда в тех или иных источниках нам попадаются выражения типа: «ликвидировано кладбище…», или «кладбище было уничтожено…», или «на этом месте прежде находилось кладбище» и т.п. У большинства подобная информация вызывает недоумение: как это такое может быть? Ведь кладбище это что-то священное и неприкосновенное, это такая же дорогая, порой бесценная память новых поколений о прежнем минувшем, как семейная реликвия. Как можно уничтожить или ликвидировать семейную реликвию! – выбросить на помойку, скажем, мамины рукоделия или продать отцовы спортивные награды… Только не помнящий родства бессердечный и неблагодарный потомок так может поступить. Это позорное поведение. И, как правило, такой цинизм не афишируется, – даже записным циникам хватает чувства меры, даже пусть и из корыстных соображений, чтобы не обнародовать своих подвигов. Но сохранить в тайне уничтожение такого крупного, имеющего непосредственное отношение ко множеству живых, объекта как кладбище – невозможно. 

Мы продолжаем знакомить наших читателей с достопримечательными захоронениями подвижников христианской веры. В свое время мы уже рассказывали о блаженных Ольге и Севастиане и о юродивом Иване Корейше. Они похоронены соответственно – на Калитниковском, Рогожском и Черкизовском кладбищах. Вспомним и еще несколько знаменитых московских захоронений.

В этот раз мы опять ответим на некоторые вопросы, которые нам чаще всего задают читатели. Вот чем, в частности, интересовались собравшиеся на одном из последних наших авторских вечеров.

Проблема, на которую мы в очередной раз хотим обратить внимание, довольно деликатная и, прямо сказать, не для праздного чтения. Речь идет о нашей памяти, вернее – о памяти о нас самих. Увы, об очень многих умерших, если не о большинстве, всей памяти остается – могила с надгробием. Но если бы было хоть так! – как ни удивительно это, но и в двадцать первом веке, как во времена стародавние, далеко не ото всех умерших остается место их захоронения.

<< В начало < Предыдущая 1 2 3 4 Следующая > В конец >>

Показаны записи 1 - 6 из 20